У Тараса появился новый велосипед — ярко-красный, с звоночком на руле.
— Я Борис, — сказал велосипед тихим голосом, когда все ушли со двора.
Тарас аж подпрыгнул от удивления.
— Ты умеешь разговаривать?
— Только с теми, кто меня слушает, — ответил Борис. — Вижу, ты боишься на меня садиться.
Тарас покраснел. Это была правда. Утром он трижды подходил к велосипеду, но каждый раз представлял, как упадёт и разобьёт коленки.
— Понимаешь, я никогда раньше… — начал мальчик.
— А я когда-то был цирковым велосипедом, — перебил его Борис. — Ездил по канату под куполом. Каждый день падал. Иногда по десять раз на репетиции.
— И что ты делал?
— Поднимался. Потому что иначе никогда бы не научился.
Тарас провёл рукой по красной раме.
— Тебе не было страшно?
— Было. Но знаешь, что я заметил? Когда падаешь первый раз, это самое страшное. А потом понимаешь — ничего особенного. Немножко больно, немножко обидно, но ты встаёшь — и всё.
Мальчик взялся за руль.
— А если я упаду прямо сейчас?
— Тогда встанешь. Я тоже упаду — велосипеды всегда падают вместе со своими друзьями. Но я не против.
Тарас сел на сиденье. Сердце колотилось.
— Держись крепко, но не напрягайся, — посоветовал Борис. — Крути педали — я помогу.
Первые два метра получились трясучими. Потом Тарас качнулся и упал на траву вместе с велосипедом.
— Ой, — только и вымолвил мальчик.
— Вот ты и упал, — спокойно сказал Борис. — Больно?
— Немножко.
— А страшно?
— Уже нет, — удивился Тарас.
Он встал, поднял Бориса и сел снова. На этот раз проехал уже пять метров. Потом семь. Потом не считал — просто ехал.
Вечером, когда Тарас ставил велосипед в коридоре, Борис прошептал:
— Видишь? Самое трудное — сделать первый раз.
Мальчик улыбнулся и положил руку на руль.
— Спасибо, Борис.
Велосипед больше не ответил — он умел разговаривать только тогда, когда это действительно нужно. Но Тарас знал, что завтра они снова поедут вместе. И даже если он упадёт, то просто встанет.
В тёмном коридоре тихо звякнул звоночек — наверное, это Борис улыбался.